Лианозовский лесопарк

Лианозовский лесопарк, хотя и окружён со всех сторон городской застройкой, интереснее Алтуфьевского, более естественный. Здесь, наряду с преобладающей берёзой и другими древесными породами (сосной, лиственницей), присутствуют широколиственные деревья и
прежде всего - дуб. Здесь произрастает чуть больше местных лесных кустарников: есть, например, лещина, хотя кое-где густо-густо разрослась свидина белая - чуждое местной флоре растение с беловатыми плодами и красными веточками. Есть в лесопарке и участки с
мало нарушенным покровом из лесных трав (например, в центре леса чуть севернее и чуть южнее Череповецкой улицы), хотя участки с городскими сорняками всё же преобладают. Из лесных трав особенно много лютика кашубского. По-настоящему много также ландыша, который образует большие компактные "пятна" в березняке у Череповецкой улицы.
Но особенно интересно в Лианозовском лесопарке маленькое верховое болотце, образовавшееся путём зарастания вырытого когда-то в прошлом округлого пруда. Болотце тоже примыкает с севера к Череповецкой улице, где проходит водораздел Самотёки и
Ольшанки - двух притоков Чермянки. Оно позволило сохраниться в пределах этого лесного массива нескольким видам болотного мхасфагнума (белого мха), пушице влагалищной и звездчатке болотной. Звездчатка болотная отличается от наших лесных и луговых представителей этого рода сизоватым оттенком узких листьев. В Москве это
изящное растение имеется далеко не везде. Ещё реже встречается в пределах нашего города пушица влагалищная: кроме Лианозова, отмечена пока только на одном из болот Лосиного Острова. Эту родственницу осок можно издалека узнать по пушку, который колеблется
над поверхностью болота.
Лианозовский ручей, пересекающий северную половину лесопарка, превращён в каскад прудов с забетонированными берегами и потому сам по себе не интересен, но в его истоках в перелеске из ракиты (ивы ломкой) произрастает подлесник европейский - не особенно
частое для Москвы растение из семейства зонтичных. Весной его украшают миниатюрные беловатые зонтики, а в остальное время подлесник узнаётся по характерным округлопочковидным листьям.
Эти примеры показывают, какое большое значение для сохранения в Москве всего разнообразия растений имеют некоторые маленькие болотца, ручейки и вообще все сколько-нибудь особенные природные участки.
Других болот с интересной растительностью в окрестностях Алтуфьева нет. Около пруда и речек есть небольшие низинные болотца, на которых можно увидеть камыш лесной, тростник обыкновенный, лабазник вязолистный и другие характерные виды. Но мох сфагнум здесь расти не может, так как вода минерализована: имеет связь с грунтовыми водами и потому обогащена ионами кальция. Без сфагнума не могут расти и травы верхового болота. Лишившись защиты этого своеобразного беловатого мха, они быстро вытесняются обычными обитателями низин.
Хорошо сохранившихся лугов в Алтуфьеве и Лианозове тоже нет. Открытые пространства около пруда и в других местах заняты так называемой рудеральной растительностью - городскими сорняками. Здесь много полыни настоящей (чернобыльника), лебеды раскидистой, бодяка полевого, пижмы обыкновенной. Встречаются несколько видов
лопуха, несколько видов осота, чертополох курчавый, крапива двудомная. Все они образуют высокотравные заросли - так называемый бурьян. На вытоптанных участках дольше других трав удерживаются мятлик однолетний (низкий злак с чуть неравнобокими метёлками), подорожник большой, птичья гречиха (спорыш, или трава-мурава), гусиная лапка с жёлтыми пятиконечными звёздочками цветков.

Алтуфьевский лесопарк

В Алтуфьевском лесопарке есть только небольшой фрагмент сосняка с елью. Вместо первичных ельников большую площадь занимают вторичные леса - березняки. Берёза вырастает на месте пашен и в других местах, где ель уничтожена человеком. Со временем березняки могут смениться ельниками, так как ель способна возобновляться под пологом леса. Березняки могут смениться также смешанным лесом с преобладанием широколиственных пород. Наступление с юга широколиственных деревьев и отступление ели на север связано с несколькими причинами. Во-первых, с общим потеплением климата в 20 веке. Уже прошло столетие, как окончился так называемый "малый ледниковый период" - некоторое похолодание с 15-го и до конца 19-го века (Природа, 1992, N4). Во-вторых, в связи с местным потеплением. В Москве чуть-чуть теплее, чем в Подмосковье (город темнее и отражает меньше света, а дома отапливаются). В-третьих, люди под новый год продолжают вырубать ель, а липу вырубать перестали: лапти, туески и прочие поделки из липы теперь не нужны.
Впрочем, к частично посаженному и сильно вытоптанному Алтуфьевскому лесопарку эти общие положения вряд ли применимы. Наибольшую площадь здесь действительно занимают березняки, но много также саженых сосняков. Есть посадки липы разного возраста, но не
старые, а потому мало интересные, почти без типичного свойственного липнякам травяного покрова. Странно смотрится участок искусственного саженого рябинника: ряды высоких (до 10 м) узких многоствольных кустов с сомкнутыми кронами. Рябина в наших естественных лесах почти никогда не господствует в древостое, не образует самостоятельного леса, а лишь присутствует в подлеске. Это не лесообразующая порода. Помимо перечисленных древесных пород, в лесопарке есть вяз, осина, серая ольха, ивы. К ним примешиваются "чужеземные" деревья - тополь, американский клён, черёмуха Маака. У американского клёна лист рассечён на несколько листочков, а плоды вполне "кленовые" - сдвоенные крылатки. Это дерево когда-то массово высаживалось в Москве, а потом повело себя излишне агрессивно и стало теснить местную растительность по берегам рек, разрастаться на пустырях. Черёмуха Маака, завезённая с Дальнего Востока, пока ведёт себя скромнее, хотя и у неё уже наблюдался самосев. Это дерево узнаётся по красноватоё "бересте" - коре, напоминающей берёзовую, но с красноватым оттенком.
Из местных лесных кустарников в Алтуфьевском лесопарке безусловно господствует рябина, образующая тесно сомкнутый подлесочный ярус в большинстве березняков и сосняков. Можно увидеть также малину, чуть реже калину и крушину, несколько видов ив. Очень много здесь "пришлых" или, точнее, "привнесённых" кустарников, так как они пришли не сами, а посажены человеком. Это пузыреплодник калинолистный и свидина белая, образующие тесно сомкнутый подлесочный ярус в березняке на юго-востоке лесопарка. Есть также снежноягодник белый, кизильник блестящий, барбарис обыкновенный, роза морщинистая и другие кустарники, чуждые местной флоре. Некоторые из этих растений тоже начинают проявлять самостоятельность в расселении. Так бузина красная настолько прижилась в наших нарушенных лесах, что уже не воспринимается как "чужое" растение.
Травяной покров в лесопарке сильно нарушен, вытоптан. В березняках на окраине лесопарка господство захватили луговые и сорные травы - злаки, подорожник большой, одуванчик лекарственный. На остальной площади господствует гравилат городской, типичное растение нарушенных вытоптанных лесов и опушек. Но прежние лесные
жители пока ещё сохраняются. Это ландыш майский, майник двулистный, звездчатка жёстколистная, лютик кашубский, пролесник многолетний, живучка ползучая, женский папоротник и некоторые другие. Ландыш официально охраняется в Москве, хотя вымирание ему пока не грозит. В целом по городу его очень много. В результате запретов сбора и торговли это изящное лесное растение в последние десятилетия даже улучшило свои позиции. Но подобное благополучие иногда оказывается обманчивым. Так, например, в Нескучном саду ландыш исчез, хотя его там тоже было много. В Алтуфьевском лесу ландыша совсем мало, единичные экземпляры... Майник - это "родственник" ландыша, принадлежит к тому же семейству растений. У него похожие листья и цветки, но цветки эти совсем маленькие. Майника тоже осталось мало. Звездчатка жёстколистная узнаётся по тёмным узким листьям и белым десятиконечным звёздочкам цветков. Впрочем, лепестков у неё не 10, а 5. Просто они раздвоенные. Лютик кашубский - это сугубо лесной вид лютика. Зацветает он раньше своих луговых и болотных "собратьев" и отличается от них разнолистностью: стеблевые листья рассечены, а единственный прикорневой лист имеет ок-
руглую форму и монолитен. Кашубского лютика много в саженых липняках в северо-западной части лесопарка, но попадается он и в других местах. В липняках много также пролесника. Его цветки невзрачны, но образуют в тени лип густой тёмно-зелёный покров. Из лесных трав наиболее широко распространена по лесопарку живучка ползучая. У неё на вертикальных четырёхгранных стеблях красуются соцветия из синих двугубых цветков. Как ясно уже из названия, есть и ползучие побеги - "усы". Все эти лесные растения при желании пока ещё можно отыскать в Алтуфьевском лесопарке.
На слегка подпруженной речке Самотёке в восточной части лесопарка образовалось небольшое низинное болотце, заросшее тростником, самым высоким нашим злаком. Неподалёку к Самотёке из леса подходит разветвлённая балка, в низовьях которой разросся лабазник вязолистный, высокая трава с белыми соцветиями-"облачками" из очень маленьких цветков. На юге есть поляна и фрагменты заброшенного яблочного сада. Между поляной и МКАД проходит долина Самотёки с небольшими сероольшаниками и ивняками. Этим, в основном, и исчерпывается биотопическое разнообразие лесопарка.